Наиболее заметное палеографическое исследование свитков Мертвого моря принадлежит перу профессора Соломона Бирнбаума из отделения востоковедения Лондонского университета. Выводы, к которым пришел Бирнбаум, вызвали неумеренный восторг со стороны профессора Кросса, который окрестил их «монументальной попыткой анализа всех периодов развития древнееврейской письменности». Пытаясь парировать критические выпады, выдвинутые против этой экзегетической работы Бирнбаума, Кросс напомнил своим читателям, что «она принадлежит перу профессионального палеографа, стремящегося отвергнуть наскоки неспециалистов».

Как и промышленный город, так же отличен от города-потребителя и торговый город. Таковым является город, в котором покупательная способность его крупных потребителей основывается на том, что они или продают в розницу (как, например, торговцы сукном в средние века) иногородние товары, или (как ганзейские купцы) с прибылью вывозят собственные, а также приобретенные у местных производителей товары, или, наконец, приобретают иногородние товары, вывозят их для сбыта немедленно, или образуя местные склады (города посреднической торговли).

Таким образом, как покупательная способность, так и налогоплатежная сила торгового города основывается, как и у города-производителя, в противоположность городу-потребителю, на местных доходных предприятиях.

Принципиальное отличие города указанного типа от города, зависящего от внегородской ренты, не препятствовало практическому смешению обоих этих типов. Или крупные потребители могут быть рантье, которые проживают в городе свои доходы — в наше время прежде всего проценты с бумаг и дивиденды или тантьемы: в этом случае покупательная способность обусловлена источниками денежного хозяйства, преимущественно капиталистического характера (пример: Арнем), или же она базируется на государственных пенсиях или других государственных рентах, (например, «Пенсионопо-лис» вроде Висбадена).

В этих, а также в многочисленных аналогичных случаях, город является более или менее городом потребителей. Ибо для возможности заработка его промышленников и торговцев решающим моментом является жительство в нем упомянутых экономически различных крупных типов потребителей.

Возможно и прямо противоположное: город является городом производителей; рост его населения и покупательной

Существует и другой корпус археологических свидетельств, которые диаметрально противоположны интерпретации консенсуса. Де Во постоянно и вполне оправданно избегает называть руины Кумрана «монастырем». Как он пояснил, он «никогда не употреблял это слово в отношении раскопок в Кумране именно потому, что оно обозначает понятие, которое археология сама по себе доказать не может». Тем не менее совершенно ясно, что де Во считал Кумранскую общину своего рода монастырем. Это нашло свое выражение в том, что он употреблял такие характерно монастырские термины, как скрипторий и трапезная, применительно к некоторым служебным помещениям. И если де Во еще имел некоторые сомнения относительно возможности

Музей Гуггенхейма это пространственная химера, продукт машинных процессов, которые опередили саму архитектурную форму».

«Собственно говоря, он не оригинален. Правда состоит в том, что при использовании техники и аппаратуры все теряет свою оригинальность. Все элементы легко комбинируются, нужно только приспособить их для представления публике как большинство постмодернистских форм…».

Музей Гуггенхейма – это не единичный пример, Бодрийяр находит черты виртуальной архитектуры (архитектуры клонов) в наиболее значительных сооружениях, ставших символом современного общества, например, в разрушенных 11 сентября 2001 года башнях-близнецах.

«Лично я всегда интересовался пространством,

К типу княжеского города, т. е. такого, жители которого в области возможного для них заработка прямо или косвенно зависят от покупательной способности княжеского или других крупных хозяйств, приближаются такие города, в которых возможность заработка местных ремесленников и торговцев зависит преимущественно от покупательной способности других крупных потребителей — капиталистов.

По роду происхождения их доходов, эти крупные потребители могут быть весьма различных типов.

Они могут быть:

1) должностными лицами, имеющими законные или незаконные доходы или

2) вотчинниками (сеньорами) и политическими властителями, которые расходуют в городе доходы, получаемые ими в виде внегородских поземельных налогов или обусловленные их особым политическим положением.

В обоих случаях город приближается к типу княжеского города:

Таблица периодизации монет показывает два периода наиболее активной общественной жизни Кумранской общины: 103–76 гг. до н.э. и 6–67 гг. н.э. От первого периода до нас дошло 143 монеты, от второго – 254 монеты. Для сторонников консенсуса подобные цифры не так гладко укладываются в их теоретические построения, как им того хотелось бы. Согласно их прочтению свитков, «недостойный священник» – это, по всей вероятности, не кто иной, как первосвященник Ионафан, живший между 162 и 140 гг. до н.э., то есть за добрых полвека до первого периода высокой концентрации монет. Чтобы обосновать этот тезис, отцу де Во была необходима как можно более ранняя дата основания Кумранской общины. Таким образом, он был вынужден доказывать, что его тезис

Город (в употребляемом нами значении) есть рыночное поселение (Marktansiedelung). Существование рынка часто основывается на концессии или патронате господина или князя, заинтересованного в наличии постояного предложения привозных предметов торговли и ремесленного производства и в связанном с этим предложением взимании разного рода пошлин и налогов.

Бывает, что город возникает в виде рыночного поселения на подходящем перегрузочном пункте (Umschlagsplatz) или на основании концессии посторонних господ или князей, или явочным порядком при отсутствии в таком случае касательства, хотя бы территориального, к местопребыванию господина или князя. Так иногда привилегия на основание рынка с привлечением к нему поселенцев давалась отдельному предпринимателю.

Не будучи нормальным, это происходило особенно часто в средние века, в восточных,

Впервые о находке этой монеты де Во сообщил в 1954 г. на страницах «Revue biblique». Спустя пять лет, в 1959 г., он повторил эту информацию на страницах того же журнала. Таким образом, «фактическое свидетельство» монеты и основанная на нем датировка автоматически вошли в устоявшийся корпус аргументов, которыми оперируют сторонники консенсуса. Так, например, Фрэнк Кросс мог написать, что монета, на которой отчеканены инсигнии 10-го легиона, представляет собой «мрачное и неоспоримое доказательство».

Однако де Во совершил две принципиальные ошибки. Прежде всего, он каким-то образом умудрился неверно прочесть Иосифа

Дальнейшим признаком города является наличие рынка, не в виде случайного, а постоянного товарообмена на месте поселения, являющегося существенной составной частью заработка и удовлетворения потребности населения. Но не каждое место, в котором имеется «рынок», есть уже «город».

Периодические базары и ярмарки (Messen und Fernhandelsmarkte, Jahrmarkte), на которые в определенные сроки съезжаются торговцы, чтобы оптом или в розницу, друг другу или потребителю, сбывать свои товары, происходили весьма часто в местах, которые мы называем «деревнями».

О «городе» в экономическом смысле мы будем говорить лишь в том случае, если местное население удовлетворяет существенную часть своего ежедневного экономического спроса на местном рынке, притом в значительной части предметами, произведенными или приобретенными для сбыта населением местным же или ближайшей округи.