Наконец, важность кумранских текстов представляет собой нечто большее, чем та потенциальная угроза, которую они представляют для церкви. Подлинная важность кумранских текстов обусловлена тем, что они способны поведать о Святой земле, почва которой на протяжении многих веков и даже тысячелетий была обильно полита горячей человеческой кровью.
Кровь здесь лилась во имя враждовавших друг с другом богов или, если быть более объективным, не слишком отличных друг от друга версий (ипостасей) одного и того же Бога. Вполне возможно, что документы, до сих пор скрываемые от широкой общественности, с большей или меньшей неизбежностью поставят нас перед лицом нашего собственного безрассудства – и пристыдят нас или, по крайней мере, укажут степень нашего безумия и путь избавления от него.
Один из них – это действия Йадина и израильских военных в период сразу же после войны 1967 г., когда делец по имени 
Целый ряд современных специалистов в этой области, в том числе и Джон Аллегро, посвятивший истории свитков Шапиры специальное исследование, был убежден, что эти фрагменты, вероятнее всего, были подлинными. Если бы они были найдены веком позже, утверждал Аллегро, они, по всей видимости, были бы признаны такими же подлинными, как и материалы, обнаруженные в Кумране. Но тогда, в конце XIX в., самолюбие и репутация ученых, а также ангажированность их оценок были еще более распространенным явлением, чем в наши дни. И в результате многие потенциально бесценные памятники почти наверняка оказались безвозвратно утраченными.
Менеджер компании, осуществлявшей эксплуатацию радара, проявил готовность помочь нам. Он, как оказалось, читал наши предыдущие книги, и они ему понравились. Перспектива использования его системы в Кумране весьма заинтриговала его. Он предложил даже отправиться туда вместе с экспедицией, чтобы гарантировать оптимальную работу прибора. Результатом его предложения явилось то, что в плане экспедиции Эйзенмана 1990 г. появилась отдельная статья: изучение местности с помощью радара. Теперь нам оставалось дождаться от правительства Израиля разрешения на ввоз радара в страну и использование его в Кумране.
Майкл Бейджент принял решение сопровождать Роберта Эйзенмана и его спутников – археологов-добровольцев в ходе двух экспедиций, состоявшихся в январе 1989 г. и январе 1990 г. В ходе первой экспедиции исследователи сосредоточили усилия на раскопках в пещере, находившейся примерно в миле от Кумрана, на высоте ок. 500 футов (ок. 150 м) в стенке утеса. Оказалось, что внутри пещеры находится целый ряд камер, уходящих по меньшей мере на восемьдесят футов (24 м) в толщу скалы. Оказалось, что пол в части этих камер выложен пальмовыми вайями (верхушками ветвей с листьями) и покрыт глиной. Никаких свитков здесь обнаружено не было, зато был найден ряд предметов эпохи железного века: небольшой кувшин, масляная лампа и, что явилось особой редкостью, древко и наконечник стрелы, находившиеся в превосходном состоянии, несмотря на возраст – 3000 лет. Экспедиции впервые удалось доказать, что хотя бы некоторые из пещер вокруг Кумрана в древности были обитаемыми; они не просто использовались в качестве временных укрытий при нападении врагов, но и служили более или менее постоянным жилищем.
Итак, история свитков Мертвого моря еще весьма далека от завершения. Заговор вокруг них продолжает раскрываться, приоткрывая все новые и новые стороны. Немало событий успело произойти и с момента первой публикации нашей книги в Великобритании в мае 1991 г. К осени того же года интерес к свиткам достиг апогея, статьи о них замелькали на первых страницах прессы, став темой редакционных статей в таких изданиях, как «New York Times». И даже когда готовилось к печати это переиздание нашей книги, которое вы держите в руках, в печати продолжали появляться статьи и заметки на эту тему, проводились научные конфренции, внимание массмедиа к свиткам постоянно нарастало, и в полный голос заявили о себе новые авторы, выдвигавшие новые гипотезы.
Это – далеко не единственный подозрительный эпизод, просматривающийся на втором плане биографии Павла. С самого начала его богатство, права римского гражданина и почти фамильярное знакомство с оккупационными властями резко выделяли его из числа его собственных приверженцев и всех прочих членов «ранней церкви». Несомненно, Павел имел связи с влиятельными людьми из тогдашней правящей элиты. Каким же образом совсем молодой еще человек сумел сделаться доверенным лицом первосвященника? Более того, в своем послании к римлянам (Рим. 16, 11) он упоминает «Иродиона, сродника моего» – имя, вне всякого сомнения, связанное с правящей династией и крайне маловероятное для проповедника Евангелия. Кроме того, в качестве одного из знакомых Павла в Антиохии упоминается «Мануил, совоспитанник Ирода-четвертовластника»(Деян. 13, 1)-В данном случае мы опять-таки имеем свидетельство контактов Павла с аристократией самого высокого уровня.
Лишь с XI в. начинают появляться и распространяться важные технологические достижения. Однако в период между V и XIV вв. наблюдается распространение – правда, только количественное – орудий труда, механизмов и технических приспособлений, известных еще со времен античности.
Столярным ремеслом вначале занимались рабы и свободные ремесленники. Позднее изготовление более дорогих изделий мебели поручалось специальным мастерам. Тайны ремесла передавались от отца к сыну, в результате чего мебельные формы как бы застывали в своем развитии.
Познакомившись со столь грандиозными замыслами, есть смысл вновь обратиться к нарочито запутанному и схематичному описанию событий, приведенному в конце Книги Деяний апостолов. Напомним, там рассказывается, что Павла после его длительной евангелизаторской миссии вновь вызвали в Иерусалим Иаков и его лукавые приспешники иерархи. Предчувствуя опасность, его ближайшие приверженцы постоянно уговаривают апостола не ездить, однако Павел, как человек, никогда не уклонявшийся от прямой конфронтации, остается глух к их мольбам.